Бродяга Борис, роясь на свалке, наткнулся на почти новый утюг. На его гладкой поверхности темнели бурые пятна, похожие на засохшую кровь. Он долго не раздумывал — завернул находку в тряпку и понес в ближайший отдел полиции. Там, правда, только покрутили у виска: мало ли что на помойке валяется. Сержант даже не стал составлять протокол, махнул рукой.
Иначе отреагировала следователь Валерия Перова. Как раз в её производстве было дело о молодой женщине, тело которой нашли у обочины загородного шоссе. Официальная версия — наезд автомобилем. Но Валерия, разглядывая фотографии, заметила странный вдавленный след на виске. Форма и размер удивительно совпадали с подошвой утюга. Эксперты, правда, стояли на своём: смерть от травм, полученных при ДТП.
Личность погибшей установить не удавалось, и это не давало Перовой покоя. Она чувствовала, что за видимой простотой дела кроется что-то ещё. И вот в её кабинет снова явился Борис. Неловко переминаясь с ноги на ногу, он пробормотал, что помнит лицо той девушки — видел её раньше возле элитного жилого комплекса на другой окраине города.
Эта информация перевернула всё с ног на голову. Зацепка выводила следствие в совершенно иное русло. Но чем больше Валерия общалась с молчаливым мусорщиком, тем больше вопросов у неё возникало. Кто он на самом деле? Почему так стремится помочь? Его мотивы оставались туманными, словно утренний туман над той самой свалкой.